Его утро было нежным, как объятия любящей матери: пробуждение не по будильнику, а исключительно по воле организма, ласковый ветерок, циркулирующий по квартире, безоблачное небо и яркое солнце за окном. Не меньше радовали идеально сбалансированный горячий завтрак на кухонном столе, превосходный кофе и приятная музыка, включившаяся по сигналу датчика движения. Вот она, жизнь, о которой ещё лет двадцать-тридцать назад мечтало девяносто процентов населения Земли, а сейчас имеет практически каждый!
Подумать только, какого небывалого уровня развития достигло человечество за то время, пока он из несмышлёного младенца трансформировался в двадцатилетнего, прекрасно сложенного молодого человека с яркими глазами и острым умом... К слову, последнее его и подвело сегодня к широко распахнутому окну с мыслью сделать последний в своей жизни шаг.
Да, его повседневность была лишена тяжкого труда, стресса, сожалений о прошлом и страха перед будущим, однако, бойкому и целеустремлённому юноше было просто некуда применить свою кипучую энергию в этом идеальном, казалось бы, мире! Ничто не требовало его внимания, никогда не было необходимости напрячь свои силы для преодоления препятсятвий на жизненном пути, и это буквально убивало человека, стремящегося хотя бы приблизиться к пониманию смысла существования, изнутри.
И вот, он стоит у окна - этой метафорической двери в небытие, то кладет руку на его раму и ставит ногу на подоконник, то нерешительно возвращается в прежнюю задумчивую позу и, нахмурившись, пытается убедить себя, что в этом мире ещё далеко не всё постигнуто и есть простор для самореализации, например, через науку - да, искусственный интеллект, управляющий его городом мечты, отрабатывает строго по заветам одного писателя-фантаста из позапрошлого века, заложившего принципы, согласно которым искусственная жизнь и в чём не должна вредить подлинно-живым созданиям, да, роботы превосходно справляются с повседневными задачами, работой на производстве, добычей ресурсов и поддержанием жизни в людях, но как будто всё это можно сделать ещё лучше, ещё надёжнее и оптимальнее! Эта мысль каждый раз останавливала юношу от рокового прыжка и заставляла сделать шаг назад, но потом он оценивал собственные силы, осознавал, что до разработавших современные системы гениев ему далеко, и снова приближался к точке невозврата.
Однако, что за звуки раздаются с улицы, от едва различимой из окна кондоминиума на двадцатом этаже маленькой фигурки? Юноша как мог сфокусировал взгляд и всё равно не понял, но любопытство толкнуло его ненадолго отойти от окна, чтобы вернуться к нему с биноклем и, приглядевшись, рассмотреть-таки сидящего по-турецки на согретом солнцем тротуаре парня примерно своих лет, нежно обнимающего совершенно, казалось бы, неуместный в их мире предмет - шестиструнную гитару. Да молодой человек не видел таких последние лет десять, а то и все двенадцать, ведь зачем нужен архаичный музыкальный инструмент в системе, где всё искусство, включая музыку, уже давно синтезируется продвинутыми нейронными сетями таким образом, чтобы идеально подходить наибольшему количеству людей и вызывать в них исключительно положительные эмоции?
В то же время звуки, издаваемые гитаристом, были несколько нестройными, выдавая в нём отсутствие даже базового музыкального образования, пальцы то и дело цеплялись за струны совсем не так, как это нужно для дела, аккорды ставились им неровно и с ошибками... но в этом и была прелесть его игры! В кои-то веки в идеальном, совершенно стерильном и выверенном до миллиметра мире появилось что-то шероховатое, полное ошибок и неточностей, но вместе с тем такое родное сердцу любого живого человека! Юноша у окна сам не заметил, как заулыбался и стал щелкать пальцами свободной руки в такт мелодии, раздающейся снизу.
- Нет - сказал он себе - уйти из этого мира я всегда успею, а сейчас, пожалуй, у меня есть дела поважнее.
С этими словами молодой человек затворил окно, закрыл его шторами и, быстро собравшись, отправился на пустую в этот ранний час улицу, ведь ему многое надо было обсудить с только что внезапно спасшим его жизнь уличным музыкантом, а также, разумеется, показать этому балбесу, как правильно пользоваться невесть откуда взявшимся у него в руках сокровищем!