- Это было ошибкой. Ты облажался, Русский VIP. Вместо того, чтобы приписывать мне седьмой грех, нужно было заставить этих двух закончить работу с шестью из семи. Вот в чем твоя ошибка.
- О чем это ты говоришь?
- Попытка обличить меня в обжорстве была слишком натянутой. Даже если это касается питья и пьянства, то этот грех относится к алкоголю. Обвинить  того, кто ест только овощной суп, в обжорстве только из-за того, что он «пьян сам по себе», также глупо как и пытаться связать тигра с ширмой, - сказал Камидзё. (не ебу, что все это значит) –  Этот грех не подействовал, так как даже ты не был в нем до конца уверен. Обжорство не сработало и тогда-то я все это понял.
Медленно, но верно, сила собиралась в его ногах, и он сделал еще один шаг по снегу.
- Эти ваши Семь Смертных Грехов не то заклинание, которое автоматически срабатывает и наказывает любые грехи на поле боя.
Он повторил каждый из грехов по очереди.
Гнев? Возможно. Когда возможность решить проблему словами была отброшена, и он решил вместо этого использовать силу, то он вполне мог ощущать злобу.
Гордыня? Возможно. Он чувствовал, что может спасти Отинус и что он один стоит на ее стороне. Если бы он смотрел на это иначе, то это могло выглядеть, как если бы он упивался своим чувством превосходства над другими.
Лень? Возможно. Он заявил, что спасет Отинус, но так и не придумал никакого конкретного способа это сделать и пока они спасались благодаря идеям Оти-тян. Не удивительно, что кто-то мог увидеть в этом лень.
Зависть? Возможно. Пока он смотрел как люди, преследовавшие одну единственную девушку, использовали силу целых народов и всего мира, мог ли он сказать, что у него нет никаких темных мыслей о том, что с такой силой он бы сделал все по-другому?
Похоть? Возможно. Он говорил, что просто хочет спасти эту девушку, которая не могла больше ни к кому обратиться, но мог ли он честно ответить, что тут нет ни малейшего скрытого мотива, связанного с желанием ее спасти?
Он столкнулся со своими постыдными сожалениями и страстями в бесконечном аду и больше не будет отрицать, что в глубине его души скрываются уродливые чувства и желания.
Но…
Обжороство? Можно ли его в этом обвинить?
И самое главное…
Алчность? Серьезно?