Глава четвертая

Глава четвертая: "Разбор полетов"

"Плохо. Все очень плохо".
Пешкин лихорадочно бегал глазами, пытаясь наблюдать сразу за тремя людьми. Двое пока что были не активны. Один валялся на траве, оглушенный кинутой Петром палкой. Его зовут Сергей Ноябрь - худощавый и жилистый гопник который вечно ходит в дурацкой шапке с цифрами 855. В драке не так силен как Загубин, но с радостью отпинает Петра по ребрам, если того собьют с ног. Хитрый, подлый, неприятный тип. Второго звали Василий Шмель и его Петр боялся намного больше. За внешностью толстого, тупого нытика, скрывалась на редкость жестокая скотина. Петр вроде как выбил ему зубы, а это значит, что теперь Василий не успокоится, пока не переломает ему все кости в теле.
- Не знаю как ты это сделал, но сделал ты это напрасно - главный гопник, он же Андрей Загубин, говорил неожиданно скучным, беззлобным тоном - Ты же понимаешь, что тебе сейчас кранты?
Петр еще раз оглядел поле битвы. Мигаловы не видно - значит его миссия выполнена. Дальше... а все равно что будет дальше. Сегодня ему быть битым.
- Понимаю. Решил перейти на девочек, да, Загубин? Что ж так?
- Че?
- Пацаны приревнуют говорю.
Загубин резко сорвался с места, и подлетев к Петру, заехал ему ногой в живот. Кое-как сблокировав удар, Петр поспешил отклониться вправо. Метящий в подбородок кулак со свистом пролетел мимо.
"Какой он мстительный" - подумал Петя, отбегая на безопасное расстояние - "ему принципиально бить меня в те же места?"
- Крутой дохера? - с тем же спокойствием вопросил Загубин - Думаешь разжился способностью и сразу стал героем? Ты, чмо?
"Постойте, неужели он восхищен?" - поразился Петр.
С годами он научился понимать тонкую натуру уличной шпаны. Или думал, что научился.
На самом деле, в его внезапном нападении не было ничего крутого. И не потому что оно в некоторой степени подлое.
Все таки, способности это удивительная штука. Даже такая странная как [Blind Ghost]. Пользоваться ею оказалось очень просто. Находясь на границе между телом и разумом, будучи чем-то средним между органом и мыслью, она четко ощущалась Петром, как маленький камушек внутри души. Концентрируя на ней внимание, он чувствовал как мир вокруг словно прогибается, изменяясь уникально и неповторимо. Даруя преимущество в бою.
В тоже время, у этой способности был один побочный эффект. Скрывая своего хозяина от посторонних глаз, она также скрывала от него всех остальных. Очень непривычное ощущение. Мир блек и терял контрастность, становясь похожим на иллюстрацию в книжке. Люди менялись в очертаниях, превращаясь в мутные силуэты. Нападая на одного, Петр тут же терял из вида другого. Ему приходилось скакать туда-сюда, неуклюже размахивая палкой в воздухе и попадая один раз из десяти. Наверное, со стороны это выглядело смешно. И с каждой секундой, концентрироваться на способности становилось все труднее. Чужой взгляд выталкивал его из иллюзорного мирка, где он был незаметным, полуслепым призраком. Петр надеялся закончить бой до того, как выпадет в реальность окончательно. Отчасти, Свободина оказалась права, эта способность не предназначена для драки.
- Зря ты вылез из подвала, сучок - пробормотал Загубин, наскакивая во второй раз.
Петр пытался отбиться, но уследить за движениями бывалого драчуна он не мог.
Бац!
Загубин отвесил ему удар по щеке. Во рту брызнуло солоноватой кровью, Петр пошатнулся, чувствуя звон в ушах. Противник отпрыгнул назад, по-боксерски пританцовывая.
"Почему он тянет время" - не понимал Пешкин. Загубин мог покончить с ним в два счета. Неужто растягивает удовольствие?
Тем временем, оглушенный палкой гопник начал очухиваться.
"Может убежать?" - мелькнула у Петра мысль. Он тут же отмел её прочь. Длинноногий Андрей настигнет его в два счета. Пешкин помнил, что Загубин всегда догоняет свою жертву, как будто страх убегающего придает ему сил.
"Свободина смотрит".
Это еще одна веская причина остаться. После всех своих громких заявлений, он не должен, не имеет права опозориться перед ней. Он будет биться до конца, вне зависимости от исхода.
Загубин еще несколько раз ударил его, сильно, жестко. Будто издеваясь, он мелькал перед самым носом у Петра, совершая обманные взмахи, фальшиво дергаясь и раз за разом нанося болезненные тычки в торс или лицо. он полностью контролировал ход драки.
"Войти в клинч!"
Петр попытался накинуться на противника, чтобы схватить его и худо-бедно зафиксировать. Разумеется, Загубин пресек эту жалкую попытку. С легкостью увильнув, он оказался сзади и пнул Петра под колено. Петр упал.
Вот и все.
- Что? Ты уже закончился? Где твои способности, Архи-Червь?
- Фали его Дфон! Фали фуку!
Кажется у Шмеля прошел болевой шок и он снова может соображать.
- Гнида. Хана тебе - прошипел Ноябрь, потирая лоб.
Они вдвоем начали подходить к Петру, жаждая расправы.
- Не, пацаны, подождите, я хочу чтобы он еще раз показал свою способность. Давай Червь, как она хоть называется?
"Ага, теперь понятно почему он не спешил".
Загубин всегда так делает. Простой победы ему не достаточно, он должен обязательно унизить противника. Сначала он разгромит его морально, а потом отдаст на растерзание своим дружкам-шакалам. На правила ранговых боев им плевать, они с удовольствием забьют его до полусмерти прямо здесь.
Печально то, что Пешкину даже нечего показывать. Способность не работает, когда на него смотрят.
- Ну что, Червяк, ты себя рыцарем посчитал? Так давай смахнемся по рыцарски, на способностях. Мои кореша тебя пока что бить не будут - обнадежил Петра Загубин.
Петр встал, тяжело глядя на ухмыляющегося гопника.
- А ты это... закрой глаза - натянуто улыбнулся Петр припухшими губами.
- Зачем?
- Иначе фокуса не получится
- Хех, ну давай давай.
Андрей послушно закрыл глаза.
"Я конечно проиграю, но может быть еще разок ему врежу".
- Значит на счет три я исчезну. Один...
Громко шаркнув ногой, Петр что есть силы размахнулся и буквально выстрелил всем телом в лицо Загубину. Комбинация движений, которую он произвел, была на удивление точной и быстрой, совершенно не свойственной неудачнику с подземного яруса. Сам того не подозревая, он вложил в этот удар способность, о которой никогда не узнает. Способность, которая появилась только что, и которая бесследно исчезнет на следующий день. Отчаяние, сплетенное воедино с дьявольским стремлением, аки пружина придала его руке огромную скорость. С такого расстояния, эту сокрушающую силу не остановить.
Разумеется, для Петра все выглядело куда прозаичнее. Он просто стукнул из последних сил.
Несущийся напролом кулак не достиг противника. Воздух перед Загубиным внезапно обрел твердость и с жутким грохотом поглотил всю мощь удара.
До того молчащие птицы, встрепенулись и улетели в небо, испуганно пища.
"Вот теперь, точно все. Он оказывается и так умеет."
Очередное подтверждение теории Петра. У кого круче способности - тот и побеждает.
Незримая преграда, остановившая руку Пешкина, наполнилась красками и обрела конкретные границы. Она оказалась человеком, которого Петр меньше всего хотел здесь видеть.
- Не адо... аться...
Алина Мигалова стояла прямо перед ним, трагически расставив руки в стороны. Безжалостный кулак Петра глубоко вмялся ей в лицо, сдвинув набок очки. Несколько томительных секунд Алина держалась в этой немой сцене, а затем, закатив глаза, ссыпалась на землю как карточный домик.
"Зачем она это сделала? Почему?" - потеряно смотрел на неё Петя - "Какой бессмысленный, глупый поступок. Это же я пришел её спасать. Как я...".
Его размышления были грубо остановлены ударом в лоб. Андрей Загубин предпочитал не рассуждать в непонятных ситуациях.
Не выдержав очередного потрясения, многострадальный разум Пешкина отправился в звездную темень.

***

- Подъем! Ты здесь до вечера собрался проваляться?
Что? Где?
Сквозь листву, в глаза проник луч полуденного солнца. Петр скорчил недовольную гримасу и прикрылся рукой.
"...как я её не заметил?" - прерванный поток сознания начался аккурат с того места где его оборвали.
Петр подскочил на лавочке, заставив Надежду отшатнуться. Голова раскалывалась, по всему телу полыхали очаги боли. Похоже его отделали на славу - завтра утром зеркало нарисует Пешкину роскошный портрет.
- Куда они делись? - спросил Петр озираясь вокруг.
- Твои приятели? Уже давно как ушли.
Прохлада майского утра уже успела смениться тяжелым зноем. Тополиный пух лениво парил меж деревьев, ненадолго присаживаясь на Пешкина и Надежду. Где-то неподалеку раздался водяной плеск, крякнула дикая утка.
"Мы наверное возле ставка" - догадался Петр - "Значит Свободина перетащила нас, пока мы были без сознания".
Пешкин потирал глаза и разминал шею, пытаясь хоть немного прийти в себя. В ушах звенело, как если бы рядом взорвалась граната. Свободина что-то оживленно щебетала, при этом обильно жестикулируя.
- ...ты не поверишь, но они не стали играть тобой в футбол. Точнее, двое из них собирались, но тот тип в шапке их отговорил. Интересно, что их остановило? Эй, Пешкин, может у тебя какие-то связи есть?
"Странно" - думал Петр ощупывая лицо. Получается, это один Загубин так постарался. Во время драки Пешкин не сильно чувствовал боль, быть может из-за нахлынувшего адреналина. Так почему же его пощадили?
"Да мне без разницы" - мысленно ответил Петя сам себе. Гораздо больше его волновал сам факт поражения.
Впервые за всю жизнь, обретя шанс сразиться с противником на равных, он бездарно проиграл. Да что там, у него было огромное преимущество за счет невидимости, которое он не смог толково реализовать.
"...значит ты просто бестолковый" - вспыхнула в памяти та колкая фраза.
Эти слова многократно прокрутились в его гудящей голове. Петр вздохнул, особенно тяжко.
- Где Мигалова?
- О, как хорошо что ты о ней вспомнил - съязвила Свободина - Вот она.
Мигалова лежала на соседней лавочке, скрестив руки на груди. Некто, с превосходным чувством юмора, вложил в них вялый одуванчик. Её лицо было прикрыто розовым платочком.
- Боюсь, мне придется подлечить её гарантией, иначе в санчасти ей загонят кругленькую сумму. Молодец Пешкин, уверена, это был твой лучший удар. Отлично поработал.
"Как же ты меня бесишь" - подумал Пешкин. Почему она так стремится его достать? В такие минуты ему хотелось если не сочувствия, то хотя бы капельку уважения.
- Признайся, ты это все спланировал, не так ли? - продолжала глумиться Надежда - если так, то поздравляю, ты в очередной раз смог удивить меня.
- Как же ты меня бесишь - сказал Петр вслух.
Он встал с лавочки и обвинительно ткнул в неё пальцем.
- Это все ты виновата. Если бы не твое коварство и подлость, я бы взял себе способность получше [Blind Ghost]. Из-за тебя Мигалова пострадала. Из-за тебя я проиграл. Свободина, ты просто... ты просто омерзительна.
Некоторое время она молчала, хлопая пушистыми ресницами. Затем Надежда опустила голову, так что волосы скрыли ей лицо. Приложив ладонь ко рту, она начала издавать тихие, скулящие звуки. Её плечи мелко подрагивали.
Петр смутился, только сейчас взвесив сказанное. Не переборщил ли он? Наверное не стоило так наезжать. Прежде чем Петр смог подобрать слова извинений, Свободина разразилась густым, бархатным смехом.
- Хаха, вот оно что. Я то думала что недооценила тебя. А ты выходит просто везучий дурак.
Надежда тряхнула волосами и гордо вскинула подбородок. Её взгляд пылал огнем.
- Это ты меня назвал омерзительной, Пешкин? - спросила она, оскалившись в недоброй улыбке - Не ты ли предпочел рискнуть своим и чужим здоровьем, лишь бы не брать мою гарантию?
Петр оторопел от того, как ловка она обернула против него, его же обвинения.
- Но ты первая начала упрямиться. - робко возразил он - Если бы не ты, Мигалова была бы сейчас цела. Что тебе стоило просто сказать о их способностях?
- Это мое право Пешкин, я делаю что хочу - Свободина сложила руки на груди - Сказать честно, мне безразлична твоя одноклассница. Я уже защитила всех кого хотела пятьдесят лет назад. Мигалова часть твоей жизни и твоих проблем, поэтому, моральный выбор здесь стоял только перед тобой. И ты его сделал в свою пользу.
- Да ты не оставила мне никакого выбора!
- Почему же? Пешкин, разве мы с тобой спорили на что-то серьезное? Разве мир рухнул бы, проиграй ты мне одно очко в пари? Тем более, ради спасения своей одноклассницы. Ты так хотел победить меня в этом дурацком споре, что в итоге проиграл собственной гордыне. Есть ли предел твоему самолюбию?
Петр сжал кулаки. Он не мог оспорить ни единого слова. Ему хотелось разорвать Свободину, чтобы она исчезла, и вместе с ней исчезла вся разумность её доводов.
Надежда закрыла глаза и кивнула несколько раз самой себе, придя к умозаключению.
- Да, именно так, тебе тоже плевать на Мигалову, как и мне. Твой пафос и рыцарство - просто следствие воспитания, возможно с налетом эмпатии. Мальчики должны защищать девочек и все такое. На самом деле ты думаешь только о себе.
Свободина вкрадчиво улыбнулась и елейным тоном завершила свой разнос:
- Если хочешь знать, я твой выбор не осуждаю. Тебе действительно нет резона выгораживать трусливую неудачницу с первого яруса.
Не выдержав переполняющей его злости, Петр наотмашь махнул рукой в сторону девушки. Это был импульсивный, необдуманный поступок, который мог запросто привести к фатальным для него последствиям. Надежда не меняясь в лице, мягко остановила его ладонь.
- Твоя смелость достойна похвалы, Пешкин. Однако... - Надежда сощурилась и перехватила его за запястье - тебе еще десять ярусов до меня расти!
Мир бешено закрутился вокруг Петра, и он, в который раз за сегодня, грохнулся на землю. Учитывая обстоятельства - уронили его весьма нежно, практически безболезненно. Очень мило со стороны сверхчеловека.
Петя скорбно смотрел на широкие полосы облаков, размазанные по небу утренним ветром. Он чувствовал себя таким же воздушным и размазанным как они. Падение оказало на него целительный эффект — гнев куда-то испарился и все сразу стало как-то по-философски безразлично. Проиграл так проиграл, не в первый и не в последний раз.
"Мне стоит серьезно пересмотреть свое отношение к жизни" - размышлял он - "Возможно из него проистекают все мои неудачи".
Надежда склонилась над ним и помахала рукой. К ней вернулся прежний, добродушный вид. Оттенки презрения покинули её взгляд и улыбка перестала быть жесткой.
- Давай забудем про этот неприятный инцидент - предложила она - Тем более, у меня есть для тебя хорошая новость. Сегодня ты не проиграл.
Петр насупился.
- это ты про автомат с газировкой? Извини, ни капли не утешает.
- Дурак. Посмотри на свою руку.
Петр закатал рукав и осмотрел татуировку. Прямоугольная рамочка и мелкие рядки текста в ней, мерно светились желтым светом - сигнал о ранговом иммунитете. Вполне естественно, если бой состоялся. Но что это?
Пешкин почувствовал как у него спирает дыхание. Он медленно перевел остекленевший взгляд на почивающую Мигалову и затем вновь на цифры, напротив слова "ранг".
Двухтысячный. Он больше не Архи-Червь.
Петру не хватало слов, чтобы выразить весь спектр эмоций, которые он сейчас испытывал. Перед глазами Пешкина промелькнул образ родной семьи - они радостно машут ему и зовут к себе. И сестренка Зина тоже машет и улыбается, со слезами на глазах. Но Пешкин не идет к ним, он воспаряет вверх, к десятому ярусу, где его уже ждет директор, чтобы вручить почетную грамоту "нормального человека" и причастить к небесным дарам. Там же стоит Надежда Свободина и Алина Мигалова.
"Молодец, Пешкин" - Надежда обнимает его, прижав к холмам своих грудей - "Поздравляю тебя".
"Ты победил" - Алина целует его в щеку - "Поздравляю тебя"
"Поздравляю" - говорит директор.
"Поздравляю" - гласит хором небесная четверка.
"Поздравляю!" - кричат снизу родители и Зина.
"ПОЗДРАВЛЯЮ!" - ревет вся Архи-Академия.
Хлысь!
Петра окатили полным ведром воды из ставка, вернув обратно в реальность. Где Надежда достала то ведро - не ясно.
- Ты слегка замечтался.
Охладившийся Петр, сплюнул затекшую в рот воду и пошатываясь встал. Хлопнул по нагрудному карману рубашки - оттуда вылетела небольшая струйка. Еще раз трезво посмотрел на свой ранг и на лежащую без сознания Мигалову. Теперь ясно - она источник его нелепой победы. По хорошему, он должен быть благодарен ей.
- А что с её рангом? Она теперь минус первая?
- Хороший вопрос. Взгляни-ка сюда.
Надежда приподняла руку девушки. Живой штамп на её предплечье также светился желтым, а вот ранг остался неизменным.
- Что за ерунда?
- Это ты у студсовета должен спросить, Пешкин. Я думаю вот что: они каким-то образом изменили программу, когда определяли тебя в минус первый ранг. Такого ранга в принципе не должно существовать, ты по сути был в отдельном списке. Полагаю этот список исчез, как только ты из него вышел.
"Логично" - согласился Петр - "Ведь никто не рассчитывал, что я когда либо поднимусь в рейтинге. Поэтому не стали продумывать подобный исход".
Рейтинговая система Архи-Академии залатала искусственно созданную в ней дыру, и в результате этого - Пешкин делит двухтысячное место с Мигаловой. Налицо конфликт в системе, который черт знает как может вылезти в дальнейшем.
- Да и вообще, кто разрешил студсовету вести подобную самодеятельность? Рейтинговая система это не примитивная таблица данных, в неё нельзя просто так вносить свои кривые правки. Я уже не говорю о твоих естественных правах как учащегося. Будь ты хоть трижды самый слабейший, никто не имеет права ни исключать тебя, ни освобождать твое место в рейтинге иными способами. Нынешнему директору совсем наплевать что-ли? Во что скатилась Архи-Академия?
Петр был глубоко солидарен со всеми её возмущениями. Он понятия не имел, какой была академия пятьдесят лет назад, да и по поводу нынешнего положения дел ничего не мог добавить. Его просто радовало, что он может быть недоволен с кем-то еще.
- О, Пешкин, у меня для тебя еще одна хорошая новость. Ты же победил Мигалову, используя её способность. То есть ты таки заработал себе одно очко. Рад?
- Ммм, честно говоря не очень. Я рад что теперь нормального ранга, но эта победа... она наверное из тех про которые ты говорила.
- Таких что хуже поражения? Ха! Их будет еще очень много, не сомневайся.
Вспомнив кое-что важное, Надежда подбежала к Петру, и схватив его за голову, прижала к холмам своих грудей.
- Поздравляю кстати. С первой победой.
Петр протестующе замычал в ответ. В его фантазиях, эти объятия не были такими удушающими.
Надежда подозрительно принюхалась к его волосам.
- Эй, Пешкин.
- Чего? - спросил засмущавшийся Петр, отпихивая от себя девушку.
- От тебя пахнет лягушками.
- ...
Остаток учебного дня они провели в парковой зоне, укрываясь от солнца и редких прохожих. Петр предпочел не рисковать, покидая Архи-Академию раньше положеного. Мало ли, вдруг это вызовет интерес у дисциплинарного патруля?
Мигалову они оставили на лавочке, предварительно приведя в порядок её разбитое лицо. К слову, Петр действительно нехило ей врезал, один взгляд под платок заставил его закусить губу от жалости. Надежда полностью исцелила Мигалову, достаточно простой гарантией - {Healing Tourch}.
- Скажи, Пешкин - спросила Свободина, когда они возвращались домой - ты заметил одну занятную вещь, когда использовал [Blind Ghost]?
- ...?
- Ты применил его впервые, и у тебя получилось владеть им даже лучше чем оригинальный хозяин. Хочешь знать почему?
Об этом интересном моменте Петр раньше не задумывался и потому приготовился внимать.
- Я рассказываю специально, чтобы ты не чувствовал будто я что-то скрываю. Ты же помнишь откуда берутся способности, верно? Так вот, их применение прочно завязано на источнике, от которого они произошли. Проще говоря, способности у большинства людей - это продолжение их умений. Для них, активация способности это зачастую сложный процесс, который повторяет всю цепочку: желание-действие-навык-умение. Если посреди этой цепочки произойдет разрыв, то способность не сработает или сработает слабее чем должна. Однако...
Свободина набрала воздуха в грудь.
- ...однако эта зависимость на самом деле психологическая. Возможно даже психофизиологическая. С помощью некоторых тренировок, способности можно научиться применять непосредственно, без исходной цепочки. Именно таким образом, их применяешь ты, Пешкин.
Петр жадно ловил каждое слово. Что же получается, он особенный?
- Способность это самодостаточная вещь. После того как она зародилась, её источник уже не важен. Когда я копирую в тебя способность, я копирую её без лишнего груза в виде изначального навыка и умения. Поэтому, она в тебе как инородный предмет, который ты всегда будешь отчетливо ощущать. И не только ощущать. Для того чтобы использовать её, тебе будет достаточно одного лишь желания.
Как оказалось, особенным он не был. Но и на том неплохо. Петр посчитал, что заслуживает подобного преимущества, взамен опыта применения. Ступая вдоль потрескавшегося тротуара, Пешкин посмотрел на свою руку, за пол-дня побитую и исцарапанную как за целый год. Сжал её в кулак, чувствуя как пощипывает кожу.
Используя способность Алины, он обратил внимание на кое-что другое. Надежда была права, [Blind Ghost] совсем не подходит для драки. И в равной степени он не подходит для долгих пряток. Насколько Петр мог судить, эта способность была целиком и полностью создана для убийства.

***

Дома Петр получил звездюлей, за то что шел домой пешком - это аукнулась купленная утром газировка. Сначала он отведал смачных затрещин от Зинаиды, а затем получил пощечину от матери, которая была в соседней комнате и все слышала.
- Как ты смеешь тратить деньги своей сестры на всякую хрень!? - орала Людмила Антоновна - она их от сердца оторвала, чтобы ты, олух, домой ездил как все люди!
- Ты похоже совсем безмозглый. И опять воняешь. Помоями.
- Где ты уже изгваздался, придурок!? Опять в своем хламье подвальном копался? На тебя шмотья не напасешься!
- Сын соб... кхм. - Зинаида вовремя осеклась - Дебил! Пшел прочь отсюда.
- Вот именно, смотреть на тебя тошно.
Петр взял сумку, обулся, и громко хлопнув дверью - ушел из дому.
- Куда это ты собрался, идиота кусок? - верещала на весь подъезд мать, свесившись через перила.
- Быстро вернулся назад, кретин - шипела сестра.
- Чтобы до девяти был дома!
Но Петр не вернулся, и в ответ на крики только сильнее ускорил шаг. Выйдя из подъезда, он скрылся за соседним домом и был таков.
- Кретин - повторила Зинаида, закрывая дверь на ключ.
Людмила Антоновна прошла обратно в зал, ворча что-то про ужин и "назад приползет". Сбросив с ног драные розовые тапочки, она улеглась на диван рядом с мужем, и вырвав у того из рук пультик, переключилась на канал, где шла передача про здоровье. В ней, женщина похожая комплекцией на Людмилу Антоновну, но не в пример обаятельнее, вещала об удивительных открытиях в области уринотерапии. Глава семейства - Дмитрий Олегович Пешкин, противно скривился и попытался вернуть себе пульт обратно, чтобы выключить эту гадость. На диване началась шумная возня, медленно и верно переходящая от возмущенных воплей, к жестокому мордобитию.
- Это норма - лучезарно улыбаясь, сказала женщина из телевизора.
В зале раздался отчаянный рев, звук глухих ударов и звон хрустальной люстры.
Зинаида поспешно удалилась в свою комнату. Ей не хотелось видеть этот бытовой кошмар, от которого она с первого дня учебы сбежала в общежитие. Президент студсовета очень верно угадал с её наказанием - попал прямо по самому больному месту. И главное за что? За то что она просто занималась своей работой. Наводила порядок, как и подобает главе дисциплинарного комитета. Несмотря на откровенный саботаж её действий, за три года она смогла добиться колоссальных успехов. Впервые за 30 лет, ученики вновь носят форму, пусть и более фривольную чем раньше. Никто не прогуливает занятий, не опаздывает и не выходит за пределы академии раньше пяти часов. Все кто ниже четвертого ранга - учатся без выходных, ибо отстающие должны работать больше. А с недавних пор, никто больше не смеет драться вне учебной территории и не смеет бить тех, у кого ранговый иммунитет. В противном случае, нарушитель будет иметь дело с дисциплинарным патрулем и лично с ней, Зинаидой Пешкиной. Замечательно, не правда ли? Этот тупой, безалаберный президент студсовета никогда бы не додумался построить такую идеальную систему. И почему он вечно ей мешает?
- Сын собаки - пробурчала Пешкина сидя на кровати, уткнувшись лицом в колени. Одно радует - больше в академии нет никого, кто смог бы так легко щелкнуть ей по носу и остаться при этом в живых. А этого ублюдка она рано или поздно превзойдет, никуда он от неё не денется. До выпуска еще целое лето...
Зинаида резко подорвалась и подошла к столу. Над столом висело маленькое зеркало - в нем отразилась сероглазое, строгое лицо. Пешкина похлопала себя по щекам, чтобы взбодриться. Нельзя допускать самокопаний. Не мысли двигают дело, а дело - мысли.
Зинаида достала из под стола потертый кожаный чемодан, плотно набитый её комитетными делами. Бумажную работу она всегда выполняла с особым усердием, хотя та ей ужасно не нравилась. Переступать через слабости, укрощать лень и перебарывать отвращение - это по мнению Пешкиной, был верный путь к самосовершенствованию. Показательно, что Архи-Академия исповедовала схожие принципы. Да что там, весь мир так устроен.
Существовал лишь один человек, который был исключением в этом плане. Как бы он не старался, как бы не пересиливал себя - во всех делах его неизбежно постигала неудача. Он вовсе не был ленивым или безнадежно слабым; Зинаида знала его как свои пять пальцев. Ведь этот человек - её родной брат.
Поставив жирную точку в конце очередного протокола, Зинаида подняла голову и вновь посмотрела на свое отражение.
Тот кто неспособен жить внутри системы - должен покинуть её. Иначе будет раздавлен.
Девушка в зеркале ответила молчаливым согласием.