8.2

Староста переложила учебники в одну стопку, затем стала по двое класть их в портфель. У нее были длинные, тонкие, чуть секущиеся на концах волосы. Черных очки с облачками царапин на стекле. Непримечательное, обыкновенное лицо - лоб только хороший, ровный и чистый. Аяо обратил внимание на ее пальцы с идеально остриженными ногтями. Сам он так не умел.
Староста подняла на него блекло-карие глаза.
- Привет.
- Да, - ответил Аяо, малоосознанным движением вытирая руки о ткань брюк. - Привет.
- Ты что-то хотел?
- Да вот думаю клуб открыть, - произнес Аяо. - Поможешь?
Староста закончила с учебниками и внимательнее посмотрела на Аяо.
Эта среда была ей явно знакома.
- Какой клуб? - спросила она деловито.
Аяо молчал.
Пауза затягивалась.
- В чем дело? - спросила староста. - Какой клуб-то?
- Католический клуб, - безмятежно ответил Аяо.
Староста смолкла.
- Давай суть, только вкратце, - наконец сказала она.
- Мы будем решать проблемы членов клуба, - ответил Аяо, - в соответствии с догматами католической веры. Догмат первый - существование Чистилища. Догмат второй - верховенство Папы Римского в вопросах учения. Догмат третий - нерасторжимость таинства брака...
Староста кивнула. То ли не поняла, то ли ей все это было не впервой слушать, и она привыкла.
- И главное условие - обязательный целибат членов клуба, - закончил Аяо.
- Хорошо, - сказала староста.
Аяо склонил голову набок.
- Правда?
- Конечно. Найди только еще четверых членов клуба, которые заявку подпишут, и я ее отнесу в Исполнительный комитет, - староста достала из портфеля форму с заявкой. - Вот, возьми мою ручку и подпиши.
Аяо склонился и нетвердой рукой нацарапал на бумаге кривой значок.
- И все?
- Да, - чуть раздраженно ответила староста. - Кто еще будет в членах клуба?
- Позже скажу, - ответил Аяо.
- Вот позже и откроем клуб, значит. А заявка пока будет у меня, - староста спрятала бумагу и закрыла портфель. - Ты думал, ты один такой? У нас есть даже клуб паранормальных явлений. Нашлись ведь желающие. В общем, подойдешь позже.
Аяо кивнул.
Хорошо со старостой - легкий она человек.


Позже Аяо стоял в книжном магазине и изучал журналы, беря один за другим с стойки. "Прогрессивный синтоизм", "Голос Японии", "Мы с собакой". Кроме журналов, там был и второй том манги "Magnum Opus", авторства Такаянаги Кей. Аяо уже не раз слышал об этой манге. Это был спинофф сверхдлинной сенен-эпопеи "Masterpiece" - в которой заурядный школьник Шимидзу Том вел бесконечные сражения со злобными ведьмами и девочками-волшебницами. В спиноффе и сам Том стал одной из девочек-волшебниц по имени Тяма, что его очень смутило.
Аяо как раз разглядывал полный разворот одной из наиболее впечатляющих сцен - Тяма-чан схватилась с Госпожой Лета - когда его телефон вдруг загудел.
Пришла смс.
Удивленный, Аяо открыл телефон и прочел:
"Ну и где ты, болван?"
Сначала он не понял. И лишь затем до него дошло, что они с Куми договорились о встрече после школы - у него дома.
Он уже и забыл об этом.
Отвечать или нет? Аяо глупым взглядом сверил полку - затем положил мангу обратно и решил, что отвечать смысла нет: до дома он дойдет быстро, а если Куми и уйдет - то пойдет она именно по той улице, где находится магазин. В таком случае он перехватит ее.
Аяо вышел из магазина, запахнул края куртки и широкими шагами направился в сторону своего дома. По пути пришло еще две смс-ки, но Аяо их не прочел.
Куми он нашел во дворе.
Она стояла, с мрачным видом опираясь о кирпичную стену, и смотрела на улицу. На ней по-прежнему была школьная форма, с незастегнутой курточкой поверх пиджака. Само собой, дома никого не было и войти внутрь она не могла. Поэтому мерзла снаружи.
Завидев его, Куми нахмурилась еще больше.
- Я тебе трижды писала, - сказала она с упреком.
Аяо не знал, что говорить в таких случаях.
Поэтому сказал:
- Я плохо читаю.
- Вот так чудеса, - язвительно отозвалась Куми.
Аяо отомкнул дверь и пригласил въерошенную, рассерженную Куми войти. Она прошла, явно испытывая желание оттолкнуть его плечом, и принялась в узкой прихожей стягивать с себя ботинки. Аяо наблюдал за ней.
- Не смотри, - сказала Куми. - У тебя взгляд липкий.
Аяо послушно отвернулся.
Второй раз в жизни он принимал одноклассницу у себя дома, все это было не впервой. Аяо посадил Куми на диван, велел ей сидеть и смотреть телевизор, а сам направился к своему холодильнику. Чем угостить Куми? Он стоял, разглядывая то одну, то другую полку, ощущая легкий мороз на щеках, и не знал, что именно выбрать.
Может, дать ей холодный салат? Или холодный рис? Или чуть схватившийся, но по-прежнему липкий натто? Нет - не стоит предлагать ей натто, еще поймет неправильно. Аяме сказала как-то, что натто у нее ассоциируется с оплодотворенной и готовой к онтогенезу икрой. Есть в этом нечто неприличное.
Он услышал, как Куми встала с дивана и направилась в его сторону.
- Ну? - сказала она, заглядывая в холодильник из-под его руки.
- Не знаю, - признался Аяо.
- А это что? - Куми указала на нижние полки, где рядами стояло пиво нэ-сан. От серебристых баночек валил тонкий морозный пар. - Можно?
- Это пиво, - помолчав, ответил Аяо.
Куми повернула голову и посмотрела на него.
- Я никогда не пробовала пива. А ты?
- Я тоже.
- Давай попробуем. Твоя сестра не будет злиться?
- Нет, - сказал Аяо. - Она добрая.
Они взяли по банке и вернулись обратно на диван. Телевизор показывал очередную дораму о жизни врачей - полной интриг, экшна и секса. Аяо взвесил банку в руке. Тяжелая. Жестяная поверхность мокрая от конденсата, внутри весомо переливает жидкость. От банки ничем не пахло, кроме воды. Аяо перевел взгляд на Куми. Та тоже рассеянно катала банку в руках, не зная, что делать дальше.
Наконец она сказала, вздохнув:
- Давай поговорим, что ли. Зачем ты за мной шпионил?
И перекинула банку из руки в руку.
Шпионила за ней Мейда, но Аяо все равно ответил:
- Мне было интересно.
- Что интересно? - спросила Куми.
- Ну.... всё.
- А что именно интересно?
- Ты, - ответил он.
- Правда? - осеклась Куми.
- Угу.
- Не врешь?
- Нет.
Она безнадежно покачала головой.
- Давай выпьем, что ли.
Аяо пальцем вскрыл банку и отпил. Пиво на вкус оказалось горьким, неприятным. Оно жгло язык. Аяо преодолел первые несколько секунд отвращения, затем дело пошло полегче, и он одним залпом опустошил всю банку. Горло его распирало от сдерживаемой отрыжки.
Глядя на него, и Куми допила пиво до конца. Вероятно, она решила, что так и нужно его пить. От приложенных усилий у нее на лбу выступила испарина.
Опустевшие банки легли на стол, а Аяо и Куми секунд десять молчали, пытаясь справиться с отторжением.
Наконец Аяо сказал:
- Фух.
- Оооох, - выдохнула Куми. И прижала ладонь ко рту. - И как только его пьют?
- Не знаю, - ответил Аяо.
В его теле происходили физиологические реакции. Он пытался охватить их разумом, однако получалось это у него с каждой секундой все хуже и хуже.
Куми икнула.
- Я думала, что умру, - пожаловалась она. - Давай смотреть сериалы. Отвлечься надо, срочно.
Аяо кивнул.
Они с Куми откинулись на спинку дивана - и сквозь внезапно возникшую белесую пелену стали смотреть дораму. Постепенно к щекам Аяо подступил жар, он понял, что ему тяжело дышать в тесной школьной рубахе. Извинившись, Аяо поднялся к себе и переоделся в футболку с шортами. Пальцы гнулись плохо, и он никак не мог попасть головой в воротник. Однако он смог и вскоре нетвердой походкой вернулся к дивану. Куми сидела и с осоловелым видом таращилась в экран. Щеки с лбом у нее пошли красными пятнами. На лице выступил пот.
- Голова болит, - пожаловалась она, заметив Аяо.
- Давай еще выпьем, - сказал Аяо. - Это похмелье. Нэ-сан всегда говорила, что ее похмелье снимается только другим алкоголем.
Куми молча смотрела на него. Аяо сходил к холодильнику и вернулся с еще двумя банками. Одну он отдал Куми, другую открыл сам и уселся на диван.
- Ты смотрела сериал "Оранжад"? - спросил он, откидывая голову назад.
- Нет, - сказала Куми.
Оба замолчали.
Постепенно пелена перед глазами рассеялась, и Аяо ощутил вдруг небывалую легкость и душевный подъем. Мысли его не ложились больше ледяными блоками - нет, они испарились и белыми облаками поднялись к небесам. Впервые в жизни Аяо перестал тяжеловесно рефлексировать. Он просто... был, и это оказалась настолько необычно, что Аяо не знал даже - что и делать со всем этим. Он звучно рыгнул.
- Фууу, - отозвалась Куми, затем вдруг икнула и тут же рассмеялась.
- Да, - согласился Аяо.
Пока он анализировал собственное состояние, Куми допила и вторую банку. Она неуклюже поставила ее на стол, откинула голову и обессиленно прикрыла глаза.
- Ацумори, - позвала она.
- Да?
- Я все о тебе знаю, - сказала Куми.
Аяо удивился.
Не допив свою банку, он поставил ее на стол и внимательнее взглянул на Куми.
- Ты ведь без ума от меня, - сказала Куми и хихикнула.
Аяо пожал плечами.
Он мог бы сказать правду: "Нет", - однако что-то подсказало ему, что это было бы очень невежливо. Поэтому он промолчал, давая Куми продолжить.
"Ну", - подумал Аяо.
Не дождавшись ответа, она потерла запястьем лоб и с каким-то непонятным ожесточением сказала:
- Ты, наверное, думаешь, что я идеал.
- Ты красивая, - подсказал Аяо, - и у тебя лучшие оценки в нашем классе.
- Да, - согласилась Куми. - Это так.
Аяо протянул ей собственное недопитое пиво. Куми взглянула на него... иронически, как ей вероятно представлялось - но все же с готовностью взяла банку и отпила большим глотком. Тут же зашлась в кашле: пиво пошло не в то горло.
- Давай о чем-нибудь другом, - осипшим голосом произнесла она, откашлявшись.
- Давай, - сказал Аяо. - Хочешь, посмотрим "Оранжад"?
Куми потрясенно воззрилась на него. Словно на полнейшего идиота, который так ничего и не понял.
- Не хочу, - внятно сказала она.
- Почему?
- У меня жизнь отвратная, а ты мне сериалы предлагаешь смотреть? - вопрос прозвучал резко.
Аяо смолк.
Он не знал, куда деть руки. Потом все же прижал их к лицу, чтобы охладить пылающие щеки - руки были холодными. Куми в это время тоже молчала, перекладывая банку из одной ладони в другую.
Наконец она открыла рот, чтобы что-то сказать, но Аяо сумел опередить ее.
- Ты идеал, - ляпнул он наобум.
- По сравнению с тобой - может быть, - после паузы сказала Куми. - А так... Наверное, я никто. Ник-то.
Ее глаза потухли.
Утомленно прикрыв глаза, Куми устроилась поудобнее и начала методично сминать пустую банку.
- Тот человек и вправду мой отец, - сказала она, обращаясь словно бы в сторону. - Я его ненавижу. Он ушел, когда мы с братом были еще маленькими, а теперь вдруг вернулся, чтобы вину искупить - так он говорит... Причем мой брат его даже не интересует. Все хочет мне помочь. Что во мне такого вот хорошего, чем я лучше брата? Наверное, то, что я девочка и не уродка. Он говорит, что на работу меня устроит, когда я университет закончу. А пока - надо учиться. Но это ничего, я привыкла. Привыкла учиться...
- У тебя есть будущее, - подсказал Аяо.
- Есть, - согласилась Куми, - и ты, наверное, думаешь, что мне ужасно повезло. Вот и мать так думает. Я могла бы свой рукав вот здесь закатать... Но там синяк уже прошел, ты не увидишь - а жаль. Мать меня схватила за руку. Очень больно, я кричала.
- Ты ругаешься с матерью?
- Конечно, - сказала Куми. - Все люди с ними ругаются, у тебя своей просто не было, и ты не знаешь.
Аяо задумался.
- Но у меня есть мать.
- Ты же сказал, что она уехала навсегда.
- Да. Но ведь она живая, - возразил Аяо. - Я знаю, что она живет где-то вдали от меня.
- Неважно, - отмахнулась Куми.
Она смяла банку в плоскую лепешку и с размаху опустила на стол. Бац! Куми некоторое время ее разглядывала - и затем убрала руку. Лепешка осталась на столе.
- И часто она тебя бьет? - спросил Аяо.
- Да так... - Куми пожала плечами. - В основном придирается просто. Она же такая... Придирчивая. Строгая. Она всю жизнь внушала мне, что я должна быть лучше всех. Не должна никому уступать. Ни в чем. Должна быть лучшей по предметам, лучшей в спорте, лучшей в культурных всяких штуках... Если оценка, то только "А+". А иначе она била меня по щекам. Я стояла, и у меня по щекам текли слезы. А мать ложилась на кровать - и начинала загробным голосом говорить, что я кровососка, хочу ее молодой в гроб загнать, что я подменыш, что настоящая ее дочь так никогда бы не сделала. Я в слезы. Я вставала перед ней на колени и умоляла перестать. А она закрывала глаза, и сквозь веки у нее стекала одинокая слезинка. И я выла, выла и истерично просила прощения. Все сделаю, лишь бы мама меня простила... Она прощала меня. Но не сразу. Дня через три, а иначе нельзя. Как же я тогда урок пойму? И все это время не разговаривала со мной. Смотрела - как я с ума схожу, думая, как бы заслужить ее прощение. И так долгие годы, пока я не поняла, что это не я кровососка. Это было как прозрение.
Она глубоко вздохнула.
- Подруг у меня нет, - продолжала Куми, - но это нормально, ведь я отвратительная. Парня у меня не будет никогда. Знаю, в университете будет полегче... Но я так больше не могу. Не знаю, как я жила без отца. Как он появился, я стала сбегать к нему. В красный дом. Это единственное, что спасает меня в плохие дни... Когда мать кричит на меня так, что уже и брат не выдерживает, закрывает уши - я в слезах сбегаю к отцу. И сижу у него, ожидая, пока она перестанет злиться на меня. А она от такого злится еще больше, и придирается все сильнее. Ее ненависть ко мне никогда не было такой сильной. Я просто устала. Устала. Я чувствую, что схожу с ума.
Она смолкла.
Поднялась, избегая глядеть ему в глаза, и сказала:
- Извини, что вывалила на тебя все это. Пойду я, наверное.
- Погоди, - сказал Аяо.
Она замерла в ожидании.
- Я знаю, как тебе помочь, - произнес Аяо.
- Как? - тоскливо спросила Куми, усаживаясь обратно на диван.
Аяо долго не думал.
- Мы сбежим из дома и будем скитаться по стране.
Злые морщины прочертили лоб Куми.
- Ты идиот?
- Нет, - удивился Аяо.
- Зачем тогда такие идиотские советы даешь? - она провела ладонями по лицу. - Болван... И чего тебе от меня надо? Я этого понять не могу. Вот чего ты от меня хочешь? Ответь, пожалуйста, честно. Чего?
- Я хочу помочь, - Аяо смотрел на нее искренне.
- Ты хочешь секса? - перебила его Куми.
- Нет, - пораженный, ответил Аяо.
Секунду или две Куми молча сверлила его глазами.
Затем обмякла.
- Смешно... Ты, наверное, даже и не знаешь, что это такое.
- Знаю. Я читал, - лаконично ответил Аяо.
Куми громко рассмеялась.
- Да уж. Ладно, - она хлопнула себя по коленям. - Где твой "Оранжад"? Давай уж посидим... посмотрим немного.
Это было неожиданно.
Аяо сверился со своими представлениями о Куми и после ряда найденных несоответствий пересмотрел их. Исправленные и не вызывающие нареканий данные он вернул обратно.
Теперь он знает о Куми больше.
Впрочем, сейчас возникла проблема более насущная.
Аяо склонил голову.
- Куми-чан.
- Да? - несколько нервозно отозвалась она.
- Скоро моя сестра придет. Давай-ка уберем пустые банки и пойдем ко мне в комнату. Иначе от нас будет пахнуть пивом, что она подумает?
- Действительно, - пробормотала Куми.
Когда пришла Аяме, они с Куми сидели в его комнате и вместе смотрели "Оранжад ТВ". Первая серия. Мальчик Тору и девочка Хироми были на полпути ко встрече - однако электричка обоих развезла по разных концам города, и они не встретились. Они даже не узнали о существовании друг друга - а ведь Тору всю свою жизнь искал такую, как Хироми, и Хироми искала такого, как Тору. "Я обязательно найду идеальную девушку!" - сказал себе Тору, глядя в закат. Тоже самое сказала и Хироми.
- Грустно, - сказала Куми, кутая в одеяло.
Помимо одеяла, Аяо отдал Куми еще и подушку, чтобы ей не приходилось опираться спиной о голую стену. Себе он взял подушечку, на которой иногда спала Мейда.
"Кстати, где она?" - подумал он. С того момента, как она попыталась убить его, Мейда стала вызывать у него опаску.
Но Мейды не было.
Вместо нее появилась Аяме. На опенинге второй серии нэ-сан вдруг открыла дверь и просунула голову внутрь.
- А-чан? - пораженно произнесла она.
- Ой, - сказала Куми.
- Ничего не говори! - сказала нэ-сан, не давая Аяо и рта раскрыть. - Сейчас сама догадаюсь. Она всего-навсего твоя одноклассница, и вы сейчас готовитесь к какому-то проекту, делаете презентацию, например. Да?
Аяо и Куми переглянулись.
- Да, - вместе сказали они.
- Не балуйте тут, - сказала Аяме, улыбнувшись, и закрыла дверь.
Куми хихикнула.
- Да уж.
- Угу, - согласился Аяо.
- Все-таки я пойду, - сказала она. - Нельзя мне так долго задерживаться. Ты свой клуб делать будешь?
- Да. Подпишешь заявку у старосты?
- Подумаю, - строго сказала Куми. - Католический клуб... Да уж, название.
- Мы будем помогать членам клуба, - напомнил Аяо.
- Мне? - скептически спросила Куми.
- Думаю, начнем с Коги. У него серьезные проблемы с его девушкой. Это Матоко.
- Наша Матоко? - удивилась Куми.
- Да.
- Никогда бы не подумала. Ладно, - сказала она, - если это она, проблем возникнуть не должно. Завтра тогда и обсудим.
Она поднялась, и одеяло упало с нее на кровать.
- Проводишь меня? - спросила Куми тихо.
Аяо кивнул.
Попрощались они официально.
- Пока.
- Прощай.
Немного помявшись на пороге, Куми развернулась и ушла в свою сторону. Аяо закрыл дверь не сразу. Он стоял и все глядел ей вслед, пока Аяме не напомнила ему о сквозняке.
Куми.
Им действительно было хорошо и спокойно вместе. Аяо и сам удивился этому.


Ночью, когда он лежал и молча глядел в темноту, из тьмы соткалась вдруг Мейда. Окно было открыто. Аяо понял это по сквозняку. Он произнес:
- Закрой, пожалуйста. Дует.
- Ничего, Ацумори-сама, - вкрадчиво произнесла Мейда, заползая к нему под одеяло. - Можешь погреть о меня.
Она была голая, судя по всему. Ее прикосновения обжигали, или это сам он замерз? Аяо не знал.
Он молча лежал без движения.
- Знаешь о Куми? - спросил он.
- Что она была у нас дома?
- Да.
- Знаю, - сказала Мейда. - Ты был с ней так близок, это так мило. А ведь она кое о чем умолчала.
Хихикнув, она перекинула руку через одеяло и поднесла к его глазам телефон. Его собственный телефон.
- Звук включить?
- Что это? - спросил Аяо с интересом.
Был включен какой-то видеоролик. На экране мелькала некая бледная задница... Ближе и дальше, ближе и дальше, в злом бледном ритме. Аяо почувствовал, что его варанье сердце - сжимается вдруг в крохотный комочек, пропадает, тает под этот ритм. Потому что под этой бледной заднице корчилась Куми. Глаза ее были прикрыты. Рот открыт. Она лежала под этим боровом и двигала конечностями.
- Ого, - сказал Аяо.
- Поразительно ведь, верно? - восторгалась Мейда.
- Но он же ее отец, - напомнил Аяо.
- Когда и кому это мешало? - пожала плечами Мейда.
Позже, когда Аяо лежал, вновь таращась в темноту, Мейда обняла его и прошептала на ухо:
- Ты знаешь, Ацумори-сама... А я ведь впервые смогла тебя назвать на "ты". По-моему, это прогресс.
И Аяо невольно с ней согласился.