SHARE
TWEET

Лисий хвост

a guest Mar 16th, 2019 136 Never
Not a member of Pastebin yet? Sign Up, it unlocks many cool features!
  1. Лисий хвост
  2.  
  3.  
  4.  
  5. 1
  6.  
  7.  Жил некогда в Китае чиновник по имени Чжоу Бинь, и был у него сын Бэй. Бэй был еще совсем молод и только собирался встречать свое десятилетие. Когда стал приближаться праздник дня рождения сына, Чжоу весь извелся, придумывая какое-нибудь небывалое представление. Как и большинство людей своего положения, Чжоу не был лишен некоторого тщеславия, и хотя он и любил своего сына, но все-таки старался больше не для него. Скорее ему хотелось поразить гостей чем-нибудь диковинным, чтобы люди долго еще вспоминали и хвалили его после праздника. Но как Чжоу ни старался, ничего нового придумать он не мог: все столичные блюда в их провинции уже были испробованы, все лучшие певцы Поднебесной уже были услышаны, все искусные танцовщицы порадовали глаза местной знати. Чжоу, было, совсем впал в уныние, как вдруг случайно в разговоре с одним приятелем услышал о монахе-даосе, который недавно поселился в заброшенном монастыре неподалеку, в горах Лао. Даосы, как известно, горазды на всякие чудеса и фокусы, и поэтому Чжоу подумал, что неплохо было бы попросить его устроить представление на потеху гостям. Воодушевленный этой идеей, чиновник сейчас же отправил слугу в горы отыскать монаха и просить его оказать честь присутствием на празднике. Слуга вернулся лишь с заходом солнца и сообщил, что даос, узнав, кто приглашает его в свой дом, согласился без раздумий. Чжоу настолько обрадовался этой вести, что сразу же взялся за кисть и стал составлять приглашения для гостей, обещая, не без бахвальства, незабываемые впечатления от праздника.
  8.  
  9.  
  10.  
  11. 2
  12.  
  13. Шло время, и наступил день празднества. Огромная зала, в которую стекались гости, еще за несколько дней была вычищена и украшена. Вся местная знать собиралась и поздравляла именинника Бэя, одаривая его разными драгоценностями: нефритовыми статуэтками и яшмовыми украшениями, шелковыми одеждами и западными диковинами. Гости все прибывали и прибывали, пока, наконец, вся зала не наполнилась людьми, учтиво ведущими светские беседы. Чжоу время от времени подзывал слугу и спрашивал, не прибыл ли монах, но в ответ слуга лишь качал головой и уверял, что тот вот-вот должен явиться.
  14.  
  15. Но время шло, а даоса все не было. Гости уже отведали все угощения, напились вина и осоловели. А кто-то, перебрав лишнего, даже начал вполголоса подшучивать, мол, если хозяин хотел произвести незабываемое впечатление, подав пережаренного карпа, то ему это удалось.
  16.  
  17. Чжоу не на шутку разволновался и подумал уже, что быть ему теперь объектом сплетен и насмешек, и в душе его воспылал гнев, но в ту же секунду раздался пронзительный крик. Все гости умолкли и устремили взоры к дверям. В воцарившейся тишине, стуча когтями по полу, в залу вошел огромный белый тигр. От одного его вида всех парализовал страх. Никто не мог сойти с места, и все лишь наблюдали, как мимо них, блестя серебристой шкурой, проходит чудовище. Тигр направлялся к Чжоу, и чем ближе он подбирался к нему, тем сильнее огонь разгорался в глазах зверя, тем громче издавало ужасающий рокот его нутро, вот-вот готовое разразиться оглушительным рыком. Чжоу хотел кричать, звать на помощь, но страх сковал его, и слова застряли в горле; он хотел бежать, но ноги не слушались и лишь тряслись, как камышовые прутья на ветру. И когда тигр готов был уже наскочить на него и разорвать на куски, из толпы на зверя набросился человек. Он оседлал тигра, обхватив крепко ногами, и вцепился ему в холку. Зверь разразился оглушительным ревом, стал метаться и извиваться; люди бросились наутек, дамы падали без чувств. После непродолжительной борьбы тигру наконец удалось сбросить с себя смельчака. Он уже был готов растерзать его, но незнакомец ловко достал из рукава маленький мешочек, высыпал из него на ладонь белого порошку и, подув, устремил его прямо в морду зверю. Окруженный облаком блестящей пыльцы, тигр попятился, стал задыхаться, чесать морду лапами и извиваться, пока, наконец, не рухнул замертво.
  18.  
  19. Снова воцарилась тишина. Перепуганные до смерти гости не знали, что предпринять. Будучи не до конца уверены, что опасность миновала, они не смели пошевелиться и лишь с удивлением и опаской смотрели на незнакомца, победившего зверя. А он в свою очередь повернулся к хозяину и, сомкнув ладони перед собой, склонил в почтении голову. Теперь Чжоу смог его рассмотреть. В отороченном белой каймой безупречном черном халате перед ним стоял высокий мужчина, на голове которого возвышался узел смоляных волос, едва тронутых сединой.
  20.  
  21. – Так ведь это тот самый монах, – дрожащим голосом прошептал слуга.
  22.  
  23. Тогда Чжоу, наконец, сообразил, в чем дело. Он собрал остатки сил, поправил на себе платье, выступил вперед и произнес твердым голосом:
  24.  
  25. – А вот и обещанное представление. Прошу любить и жаловать – монах из монастыря с гор Лао!
  26.  
  27. Но гости все еще не могли прийти в себя, и в зале по-прежнему царила гробовая тишина. Тогда даос поднял глаза, окинул взглядом перепуганных гостей, взмахнул правой рукой, и сейчас же из рукава его прекрасного халата вылетело несколько рябчиков. Кудахча и хлопая крыльями, они взмыли над изумленной публикой и, вспыхнув ярким пламенем, рухнули в тарелки гостей уже поджаренными. Они источали такой аппетитный аромат, что кто-то не удержался, подскочил к тарелке и вцепился зубами в сочное мясо.
  28.  
  29. – Таких отменных рябчиков не подают и на приеме у августейшего! – промямлил он с набитым ртом.
  30.  
  31. Тем временем монах взмахнул своим левым рукавом, и из него багряным потоком хлынуло сливовое вино, которое сейчас же наполнило все бокалы в зале. Угощения оказались такими вкусными, что гости, осушив бокалы и опустошив тарелки, не прекращали наседать на даоса, требуя новых яств. Тогда монах, устав от непрекращающихся нападок, расстегнул халат и, высвободившись из него, оставил его стоять, словно в нем был кто-то невидимый. Халат, задрав рукава, вращался и наполнял бокалы и тарелки ненасытных гостей.
  32.  
  33. До самого утра продолжались гулянья, пока, наконец, на рассвете гости не разбрелись по домам. Каждый, уходя, искренне благодарил Чжоу за праздник и клялся, что этот день оказался воистину необыкновенным. Монах более чем оправдал надежды Чжоу, и чиновник искал его среди гостей, чтобы отблагодарить, но найти не смог, а потому решил непременно отправиться в заброшенный монастырь и лично поблагодарить даоса.
  34.  
  35.  
  36.  
  37. 3
  38.  
  39.  Через несколько дней после праздника Чжоу подозвал слугу и приказал подготовить лошадей для путешествия в горы. Оседлав двух кобыл, они отправились к заброшенному монастырю.
  40.  
  41. Путь к монастырю лежал неблизкий, а потому Чжоу со слугой, оставив позади городские ворота, долго брели меж полей и одиноких деревьев в направлении туманных гор. Тишина и безмятежность природы умиротворяюще подействовали на Чжоу, и, покачиваясь в седле, он погрузился в грезы, словно в теплую ванну с лепестками жасмина. Ему вспомнился недавний фурор, который произвел даос в его доме, и он представлял, как восхищенная молва добралась до самой столицы, и его имя переходит из уст в уста заинтригованной местной знати. В своих мечтах Чжоу лелеял надежду служить при дворе императора, а не прозябать всю жизнь в провинции. А учитывая, какие козни строят друг другу чиновники в его городишке, можно представить, что творится среди акул столичного двора. Но дружба с таким человеком, как этот монах, послужила бы неплохим подспорьем в восхождении по карьерной лестнице...
  42.  
  43. – Господин, сюда, – слуга указал на неприметную дорожку среди деревьев у подножья горы. Замечтавшись, Чжоу и не заметил, как они добрались. Он последовал за слугой, и они побрели вверх на гору сквозь невысокий лесок. Чем выше они поднимались, тем плотнее обступали их деревья, и время от времени дорога терялась в бурьяне, но спустя несколько шагов она вновь возникала среди редеющей травы.
  44.  
  45. Наконец, впереди показались ворота монастыря. Приблизившись, Чжоу заметил, что они совсем обветшали и покосились. Единственная уцелевшая дверь, на которой еще кое-где угадывались следы старой краски, выжженной солнцем и вымытой дождями, еле держалась на петлях, вторая же, поросшая мхом, лежала пластом на земле.
  46.  
  47. Чжоу со слугой вошли в ворота и оказались во внутреннем дворе. С первого взгляда стало ясно, что монастырь необитаем уже многие десятилетия. Величавые когда-то здания и статуи небожителей без ухода человека уступили природе, и та, словно любящая мать, прибрала их к рукам, окутала мягким мхом и связала зелеными вьюнками с пестрыми цветками. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь редкими криками лесных птиц.
  48.  
  49. Поднявшись по лестнице, слуга указал на одну из келий, и Чжоу вошел внутрь. Внутри он обнаружил монаха, сидящего на полу. Увидав гостей, тот сразу узнал их и пригласил присесть.
  50.  
  51. – Извините за внезапный визит, – сказал Чжоу. – Мне непременно хотелось поблагодарить вас лично за оказанную услугу.
  52.  
  53. – Не стоит извиняться. Это я должен просить прощение за мою бестактность. Не стоило так внезапно покидать ваш гостеприимный дом. Но, честно говоря, гости стали сильно уж наседать и утомили меня... Но вы проделали такой дальний путь и, верно, сами устали с дороги и проголодались.
  54.  
  55. Монах хлопнул в ладоши, и в ту же секунду в келью вошли две прекрасные девушки. Одна несла кувшин с вином, другая держала поднос с только что запеченными рыбками, от аромата которых у Чжоу со слугой заурчало в животах. Разлив вино по бокалам, девушки уселись возле гостей и стали угощать их закусками. С первым же глотком вино разлилось по телу приятным теплом, заставив забыть об усталости. Вино как и прежде было прекрасным, но на этот раз оно оказалось крепче того, которым монах угощал в доме чиновника. Быстро охмелев, Чжоу, сам пораженный своей смелости, обратился к монаху:
  56.  
  57. – Скажите, а ваш чудесный порошок спасает только от тигров?
  58.  
  59. – Что вы, – заулыбался монах, – с его помощью я могу поразить и комара, и дракона.
  60.  
  61. – А для кротов он тоже смертелен?
  62.  
  63. Монах засмеялся и подозвал одну из служанок. Та поднесла ему невесть откуда взявшуюся небольшую белую репку. Даос встал и подал гостям знак рукой, и те, пошатываясь, проследовали за ним во двор. Здесь монах достал из своего рукава мешочек, посыпал порошком репку и быстрым движением воткнул ее в землю прямо под ноги чиновнику. Не успел Чжоу опомниться, как монах, смеясь, выдернул репку назад, а на ней, впившись зубами, висел окоченевший крот.
  64.  
  65. – Вот так да! – воскликнул пораженный Чжоу. – Прошу вас, одолжите мне немного вашего волшебного порошка. В моем саду развелось много кротов, и они так изрыли землю, что мои прекрасные сливы стали погибать. Никакой управы нет на этих вредителей!
  66.  
  67. – Гм… что ж, можно и поделиться, – ответил монах.
  68.  
  69. Чиновник вытряхнул из своего кисета табак, и даос бросил в него щепотку порошка.
  70.  
  71. – Только будьте осторожны, – предостерег он, – я дам вам порошок послабее. Он смертелен для кротов, но для человека безопасен, если только тот не проглотит его, в этом случае он может тяжело заболеть.
  72.  
  73. Чиновник стал благодарить монаха за подарок. Затем они со слугой откланялись и отправились в обратный путь.
  74.  
  75.  
  76.  
  77. 4
  78.  
  79. Заполучив заветный порошок, Чжоу неимоверно обрадовался. И, конечно же, он был нужен ему не для травли кротов. Бывая на приемах у своих коллег и начальников, Чжоу незаметно подсыпал им в еду толику волшебной пыльцы, и те, отведав отравленной пищи, вскоре заболевали, а Чжоу, избавляясь таким образом от конкурентов, быстро взбирался по карьерной лестнице.
  80.  
  81. Однажды Чжоу подозвал слугу и сказал:
  82.  
  83. – Завтра к нам из столицы приезжает министр Бао, и будет большой прием. Ему уже перевалило за шестьдесят, а всем известно, что к старости людям свойственно впадать в детство, вот и старик с возрастом стал испытывать слабость к сладостям. Поэтому сходи к кондитеру и закажи у него самых вкусных пирожных, да гляди, чтобы он постарался. Наверняка завтра каждый приглашенный захочет обскакать другого и подмазаться к мандарину.
  84.  
  85. Когда на следующий день слуга принес поднос с приготовленными пирожными, Чжоу был в восторге. На подносе одно к одному лежали изысканные пирожные, выполненные в виде хризантем, да с таким мастерством, что казалось, будто перед тобой лежат настоящие цветки, только что срезанные с кустов королевского сада.
  86.  
  87. Чжоу выпроводил слугу, достал кисет с порошком, ухватил щепотку и провел рукой над подносом. Пыльца медленно опустилась на кремовые лепестки. Чжоу спрятал порошок и удалился подготавливаться к вечеру, оставив поднос на столе.
  88.  
  89. Когда чиновник вернулся, то к своему ужасу обнаружил, что одно пирожное пропало. Чжоу побледнел. Он сейчас же позвал слугу, но тот лишь растерянно махал головой. Тогда Чжоу бросился искать сына, а когда нашел, увидел, что рот у него перепачкан кремом. У чиновника подкосились ноги. Он приказал немедленно звать врачей. Но как доктора ни старались, сколько ни отпаивали сына горькими микстурами от отравлений, а через некоторое время Бэй стал слабеть и, в конце концов, слег в кровать. Вскоре он стал отказываться от пищи и таял на глазах, как огарок свечи. На Чжоу лица не было. Каких только лекарей он ни приглашал, никто не мог помочь; все микстуры и порошки оказывались бесполезны, и врачи лишь разводили руками, тем самым еще сильнее ввергая отца в отчаяние. Чжоу проклял тот день, когда ему в голову закралась коварная мысль заполучить проклятый порошок.
  90.  
  91.  
  92.  
  93. 5
  94.  
  95. Разочаровавшись в докторах, Чжоу оседлал коня и поскакал в горы в заброшенный монастырь. Обнаружив монаха на прежнем месте, он в слезах бросился к его ногам. Монах попятился и в изумлении уставился на чиновника, хватавшего его за полы платья.
  96.  
  97. – Да что случилось? – спросил ошарашенный монах.
  98.  
  99. – Мой сын… – Чжоу трудно было выговаривать слова сквозь слезы, – мой сын случайно… ему в еду попал порошок… и он…
  100.  
  101. Чжоу не смог больше говорить и зарыдал. Но даже из этих обрывков фраз даос понял, о чем толкует чиновник. И даже больше. Он с силой отпихнул ногой рыдающего Чжоу.
  102.  
  103. – Несчастный идиот! – взревел монах. – Ты посмел использовать мой дар в коварных целях! Так пусть это будет расплатой за твое зло!
  104.  
  105. Как Чжоу ни умолял, монах был непреклонен. Он вышвырнул чиновника вон, и тот воротился ни жив ни мертв домой ни с чем.
  106.  
  107.  
  108.  
  109.  
  110.  
  111. 6
  112.  
  113. Бэю с каждым днем становилось все хуже. Он ослабел настолько, что уже совсем не вставал с кровати и с трудом мог говорить. Чжоу ни на минуту не оставлял сына, и не было ему утешения. Всех, каких только возможно, пригласил он врачей, и все они оказались бессильны.
  114.  
  115. Однажды к Чжоу, проливавшему слезы у кровати сына, подошел слуга и доложил, что у ворот ожидает человек, который обещает помочь. Чиновник распорядился немедленно впустить его. Через минуту в комнату вошел невысокий старик с длинной козлиной бородкой и в черной шапке чудного покроя. Поприветствовав хозяина, он представился магом, путешествующим от города к городу. Попав в их городок, он услыхал от людей о беде местного чиновника, поэтому и поспешил его навестить. Чжоу без лишних расспросов подпустил гостя к кровати сына. Осмотрев больного, старик нахмурился и стал поглаживать бородку.
  116.  
  117. – Скажите, – обратился он к Чжоу, – не случалось ли вам недавно общаться с необычными людьми? Есть основания полагать, что ваш сын стал жертвой колдовства.
  118.  
  119. Тогда Чжоу, пораженный проницательностью мага, загорелся надеждой и выложил всю историю о монахе и его порошке в подробностях. Выслушав чиновника, старик с серьезным лицом заявил:
  120.  
  121. – Ваш даосский монах вовсе никакой не монах, а лисица-оборотень. Приняв облик безобидного фокусника, она охотится за душами смертных.
  122.  
  123. Чжоу был потрясен. Он всплеснул руками и вцепился в мага.
  124.  
  125. – Что же мне делать? – запричитал он. – Как помочь сыну?
  126.  
  127. Лицо старика снова приняло добродушный вид.
  128.  
  129. – Вам очень повезло, что я набрел на ваш городок, – заявил он, – я вполне смогу исправить удручающее положение вашего сына, но на это понадобится время.
  130.  
  131. Чжоу, не помня себя от радости, стал обнимать и целовать драгоценного гостя. Потребовалось какое-то время, пока маг смог успокоить растроганного отца, а когда тот взял себя в руки, старик приступил к врачеванию. Для этого, как он объяснил, требовалось провести серию ритуалов. Чиновник со слугой отошли в угол комнаты и стали наблюдать.
  132.  
  133. Маг встал у изголовья кровати и, закрыв глаза, принялся сосредоточенно бормотать что-то непонятное себе под нос. Затем он неожиданно всплеснул руками и, обойдя кругом кровать, стал водить по больному непонятно откуда взявшейся метелочкой, словно сметал с него пыль. Сделав таким образом несколько кругов вокруг больного, он провел в последний раз метелкой по его лицу и остановился. Сын продолжал лежать, но теперь уже не стонал и казался мирно спящим.
  134.  
  135. – На сегодня достаточно, – заявил маг. – Я приду завтра и продолжу, а вы помните: даос опасен, поэтому избегайте его.
  136.  
  137.  
  138.  
  139. 7
  140.  
  141. Всю ночь Чжоу провел у постели сына, но тот так и не пришел в чувства. По крайней мере, подумал Чжоу, Бэй перестал проявлять беспокойство, значит, пляски мага вокруг кровати пошли ему на пользу. Он с нетерпением ожидал возвращения старика, и каково же было его удивление, когда слуга с тревожным лицом доложил, что у порога дома дожидается приглашения тот самый даос из заброшенного храма. Услышав это, Чжоу встревожился, но тотчас же его тревога переросла в гнев, и он приказал прогнать беса вон. Слуга вышел, и в ту же секунду, к изумлению Чжоу, в комнату вошел монах, которого он только что распорядился прогнать.
  142.  
  143. – Как ты посмел войти без приглашения? – прогремел хозяин.
  144.  
  145. – Прошу меня извинить, – невозмутимо ответил монах, сложив ладони перед собой и отвесив небольшой поклон. – Меня долго мучила совесть после нашей последней встречи. Я помню, как обошелся с вами. Вы обратились за помощью, а я поддался гневу, что не подобает последователю Пути. Я рассудил, что болезнь вашего сына послужит платой за ваше вероломство, но все же негоже страдать невинному за грехи отца. Я все обдумал и решил помочь, иначе Небо воздаст мне за мой гнев, если пострадает невинный ребенок.
  146.  
  147. – Я знаю, кто ты такой. Ты лис, и больше тебе не обхитрить меня. Убирайся вон из моего дома, пока я не позвал городового!
  148.  
  149. – Лис? – у монаха округлились глаза.
  150.  
  151. – Мне все о тебе известно. Ведающий человек разоблачил тебя и уже помогает сыну избавиться от твоего наваждения. Убирайся вон, пока я не позвал стражу.
  152.  
  153. – Маг? – воскликнул монах. – Значит, к умирающему тигру стали подбираться трусливые падальщики… Вы говорите, что этот маг обвиняет меня в оборотничестве. Не ошибусь, если предположу, что ваш ведающий человек представился не иначе, как путешествующий маг, который совершенно случайно, конечно же, набрел на ваш городок и услыхал, опять же совершенно случайно, о вашей беде?
  154.  
  155. Чжоу молчал. В его сердитом взгляде можно было заметить теперь некую растерянность.
  156.  
  157. – Да, это так, – наконец ответил он. – И я не вижу в этом ничего предосудительного…
  158.  
  159. – Хорошо, что я успел вовремя, – перебил монах. – Промедли я хоть день, и этот злодей, одурачив вас, уже начал бы прибирать к рукам душу невинного ребенка. Как я уже сказал, стервятники, почуяв добычу, начинают слетаться загодя до ее кончины. Вот и ваш благодетель никто иной, как лис, принявший облик мага. Сыграв на доверии отчаявшегося родителя, он решил воспользоваться уязвимым положением вашего сына, чтобы поживиться его душой. Промедли я еще немного, и он провел бы ритуал, и душа вашего сына никогда бы не познала покоя. Вы говорите, он собирался прийти сегодня?
  160.  
  161. – Да, – растерянно проговорил Чжоу. – Но он уже провел вчера первый ритуал…
  162.  
  163. – Что?! – воскликнул даос.
  164.  
  165. – Но сыну полегчало, он перестал стонать, – словно оправдываясь, сказал чиновник.
  166.  
  167. – Сын совсем перестал подавать признаки жизни, а он говорит – полегчало! – взвился над Чжоу коршуном монах. – Нужно немедленно снять лисьи чары, пока еще это возможно.
  168.  
  169. Не обращая никакого внимания на чиновника, даос выхватил из рукава метелочку – наподобие той, что вчера была в руках у мага – и принялся плясать и петь вокруг кровати, время от времени сметая что-то с больного. Чжоу, окончательно смутившись, ничего уже не понимал и не знал, кому верить. Он просто наблюдал за монахом, не зная, что предпринять. Мысли его совсем запутались. В этот самый момент дверь отворилась, и в комнату вошел маг. Увидав возле кровати монаха, он бросился к Чжоу.
  170.  
  171. – Что здесь делает эта лисица? Я же вам велел не пускать его!
  172.  
  173. – Лисица? – закричал даос. – Как ты смеешь обвинять меня, когда сам желаешь погубить этого ребенка?
  174.  
  175. – Немедленно выгоните этого негодяя, – подхватил под руку чиновника маг.
  176.  
  177. – Нет, выгоните его, пока он не натворил беды! – подхватил под вторую руку монах.
  178.  
  179. Чжоу совсем перестал понимать, что происходит. Маг и монах трепали его с двух сторон, и ему казалось, будто его вот-вот разорвут на части. Они кричали и кричали, обвиняя друг друга, и все происходящее стало казаться Чжоу каким-то злым наваждением. Он взглянул на сына, и от одного этого взгляда на умирающего ребенка внутри Чжоу воспалилась ярость такой силы, что он схватил обоих – монаха и мага – и вышвырнул из своего дома. Он затворил дверь на замок, но те продолжали стучаться, каждый уверяя, что только он может помочь сыну.
  180.  
  181.  
  182.  
  183. 8
  184.  
  185. Чжоу не мог определить, кто же врет: монах или маг, и от бессилия по его щекам не прекращали течь слезы.
  186.  
  187. – Господин, – обратился к нему слуга, – сердце мое обливается кровью, когда я гляжу на страдания молодого хозяина. Мой давний знакомый Чоу Фэнг является настоятелем буддийского храма в соседнем городе. Когда-то он помог моей матушке исцелиться от красной пятнушки. Позвольте мне отправиться в этот город и просить настоятеля помочь молодому хозяину.
  188.  
  189. Чжоу, разумеется, согласился, и слуга отправился в соседний город, а на следующий день вернулся в дом уже с настоятелем Чоу. Чжоу рассказал ему все, как было. Чоу осмотрел сына и, немного поразмыслив, сказал:
  190.  
  191. – Кажется, я знаю, что нам нужно сделать. Поступим вот как. Пригласите мага и монаха продолжить лечение, но сделайте это так, чтобы каждый из них думал, будто вы доверились именно ему и считаете, что другой – лис. Назначьте день и время для каждого одно и то же, но чтобы они об этом не догадались. Когда они появятся в вашем доме, я покажу вам, кто из них действительно является злым духом.
  192.  
  193. Чжоу поступил, как велел настоятель. В назначенный день и час в его доме появился монах, и Чжоу проводил его к сыну. Вскоре появился и маг. Когда маг вошел в комнату к Бэю, Чжоу затворил за ним дверь и повелел слуге сейчас же звать настоятеля. Настоятель, все это время ожидавший в соседней комнате, вошел, держа на плече наперевес огромную палку. Он отворил дверь в покои Бэя и со словами "не открывайте, пока я не разрешу" вошел внутрь. Чжоу щелкнул замком и прислушался. Через секунду за дверью поднялся шум. Послышались глухие удары и крики, грохот от падающей мебели, возгласы и проклятия. Чжоу узнал голоса мага и даоса, но вскоре их крики стали изменяться и уже через минуту походили скорее на шипение и лай животных.
  194.  
  195. Наконец шум прекратился, и Чжоу замер в ожидании.
  196.  
  197. – Можете открывать, – послышался за дверью голос настоятеля.
  198.  
  199. Чиновник отворил дверь и вместе со слугой зашел внутрь. В комнате все было перевернуто вверх дном, вещи были опрокинуты, на полу валялись черепки от разбитой посуды. Среди этого бедлама Чжоу увидел черное платье монаха и шапку мага, хотя самих их в комнате не было. У кровати сына, опершись на свою длинную дубину, стоял настоятель и тяжело дышал.
  200.  
  201. – Оба ваших гостя – и даос, и маг – оказались лисами, водившими вас за нос, – сказал он. – Но получив каждый по десять палок, они приняли свой истинный облик и улизнули через окно.
  202.  
  203. Он перевел дыхание и добавил:
  204.  
  205. – Правда, одной из них я так хорошо зарядил по спине, что у нее отпал хвост. Думаю, это надолго отобьет у них желание морочить людей.
  206.  
  207. Чжоу поспешил к сыну, но тот оставался по-прежнему без сознания. Настоятель, угадав мысли Чжоу, сказал:
  208.  
  209. – Не беспокойтесь. Духи прогнаны, вскоре ваш сын поправится. Только не забудьте избавиться от всех этих лисьих вещей, что остались разбросаны по полу.
  210.  
  211. И в самом деле, к вечеру сын пришел в себя, а наутро уже встал с кровати. Счастью отца не было предела, да и старый слуга не сдерживал слез радости.
  212.  
  213.  
  214.  
  215. 9
  216.  
  217. Шло время, и сын окончательно поправился. Да и не только он, но и все те, кому Чжоу подсыпал лисий порошок, тоже пришли в себя.
  218.  
  219. К сыну вернулись былые озорство и жизнерадостность, и он снова стал проводить время за играми. А вот с Чжоу стали происходить странные вещи. Слуга заметил, что господин, прежде охочий до гостей, перестал приглашать кого-либо, да и сам стал избегать наносить визиты. С каждым днем он становился все более нелюдим и все больше времени проводил в уединении в своих покоях. Все чаще стал пропускать обеды с семьей, так что слуге приходилось носить еду ему в комнату, а вскоре Чжоу и совсем стал отказываться от пищи и перестал появляться на людях. Как слуга ни упрашивал хозяина выйти, тот лишь прогонял его, и, простояв так у дверей с подносом в руках, слуга убирался восвояси.
  220.  
  221. Тогда слуга решил вновь обратиться к настоятелю Чоу за помощью. Он отправился в соседний город и напросился на прием к настоятелю. Узнав, что Чжоу перестал показываться на людях и стал отказываться от пищи, Чоу немедленно собрался в путь. Прибыв в дом чиновника, он поспешил к его покоям.
  222.  
  223. – Господин Чжоу, откройте. Это настоятель Чоу. Господин Чжоу, откройте, – стучался он в дверь и, не получив никакого ответа, стал ее выламывать. Попав внутрь, настоятель и слуга обнаружили Чжоу в кровати. Чиновник был мертв, а в руках он сжимал яркий пушистый лисий хвост.
RAW Paste Data
We use cookies for various purposes including analytics. By continuing to use Pastebin, you agree to our use of cookies as described in the Cookies Policy. OK, I Understand
 
Top